24 февраля 2026 г. в 515 аудитории XI корпуса СГУ состоялось заседание Круглого стола «Двадцатый съезд КПСС: ключевые аспекты современного осмысления». Заседание Круглого стола было посвящено 70-летию XX съезда КПСС – одному из важнейших и поворотных этапов советской истории, вызывающему неоднозначные оценки в современной российской и зарубежной историографии. Организатором Круглого стола выступила кафедра отечественной истории и историографии, а модератором – профессор кафедры А.П. Мякшев. В работе Круглого стола приняли участие ведущие специалисты в области истории России XX века из всех саратовских вузов, преподаватели, магистранты и студенты Института истории и международных отношений Саратовского госуниверситета. В центре внимания участников Круглого стола находились остающиеся по сей день дискуссионными проблемы «десталинизации», поиска XX съездом КПСС путей реформирования советской экономики, общественных отношений, внешней политики.

Открыл заседание доклад заведующего кафедрой отечественной истории и историографии В.Н. Данилов. Виктор Николаевич отметил «историографическую неоднозначность» ХХ съезда КПСС: «мы имеем, с одной стороны, историю ХХ съезда как такового, а с другой стороны, его мифологию». Докладчиком было предложено обсудить «концептуальные и дискуссионные вопросы»: «о мотивах Хрущева и его единомышленников в создании негативного образа Сталина и его деятельности», о долговременных последствиях «развертывания масштабной антисталинской кампании». Особое внимание профессор Данилов обратил на проблему «выгодоприобретателей» от процесса «разоблачения Сталина»: «Укреплялось ли таким образом положение партийной и государственной номенклатуры или только отдельной группы внутри верхушки партии?». В целом же, сделал вывод В.Н. Данилов, «ХХ съезд КПСС был неким рубежом в истории советского государства, разделив ее на два примерно равные по времени отрезки, первый из них олицетворял движение по восходящей линии, а второй – постепенное нарастание кризиса системы, в конечном итоге приведя к ее разрушению».

С подобной оценкой роли XX съезда КПСС в российской истории согласился профессор А.П. Мякшев. По его мнению, решения съезда явились своеобразной точкой отсчёта губительной «гулагизации» советской цивилизации», закончившейся её распадом. Анатолий Павлович предложил «квалифицировать» ХХ съезд, как «успешную попытку номенклатуры заблокировать либерализацией реальную демократизацию советского общества», указал на решающую роль съезда в эволюции экономической стратегии КПСС, в конечном счёте, выразившейся в абсолютизации феномена прибыли в работе социалистических предприятий. Начавшиеся после смерти Сталина процессы «новой» коренизации, оголтелая русофобия, искусственная мобилизация национальных элит, курс на большую самостоятельность союзных республик, передача Крыма Украине, реабилитация бандеровцев была интерпретирована им как «вовлечение Хрущева в западный «украинский проект». 

В качестве причин развенчания культа личности Сталина на XX съезде КПСС, профессор кафедры истории государства и права СГЮА И.А. Коновалов предложил считать решение вождя о низведении роли партии до «уровня Агитпропа», стремление к очередной перетряске партийной элиты. Иван Николаевич также отметил, что важную роль в развертывании внутрипартийного конфликта имел пересмотр Сталиным оценки современного состояния западного общества: «отказ от собственных принципов: свободы слова, печати, собраний»; отказ буржуазии от национального суверенитета в пользу господства доллара и глобализации, переход к новой форме «колониальной экспансии передовых европейских стран против, по их мнению, второсортных государств».Профессор кафедры Отечественной истории и историографии А.А. Гуменюк, в свою очередь, заявил о том, что работа XX съезда КПСС способствовала утверждению «гуманистической модели советского социализма», «первые очертания» которого, по его мнению, проявились в деятельности Г. М. Маленкова. Работа XX съезда КПСС, полагает Алексей Анатольевич, свидетельствовала «о стремлении политического руководства вдохнуть новую жизнь в концепцию социализма путем придания ей характера альтернативности капитализму».

Заведующий кафедрой «История и философия» СГТУ Е.И. Демидова в своём выступлении оценила источниковедческую значимость дневников современников ХХ съезда КПСС, прежде всего, для оценки общественных настроений, возникших в связи с инициированным съездом процессом «десталинизации». По мнению профессора кафедры Отечественной истории и историографии Е.Н. Морозовой, в отечественной историографии «преувеличивается степень либерализации культурной политики после 20 съезда». Отметив, что «амбивалентность была присуща самой культурной политике эпохи», Елена Николаевна подчеркнула, что на самом деле «культурная политика хрущёвской эпохи представляла собой попытку скрепить, с помощью новых конструктов, распадающийся монолит официальной советской культуры». Доклад заведующего кафедрой «Социально-гуманитарные науки» Вавиловского университета» Н.В. Шалаевой был посвящен советскому модернизму – уникальному архитектурному направлению, пришедшему на смену сталинскому ампиру и «стремившемуся к выражению научно-технических достижений и побед СССР». «Семиотика городского пространства советского модернизма, подчеркнула Надежда Владимировна, связана с социокультурным контекстом эпохи, наполненном символами достижений и торжества советской власти».

На взгляд профессора кафедры Отечественной истории и историографии А.А. Германа, ХХ съезд КПСС не сыграл в судьбе советских немцев той роли, которой он был отмечен в истории других депортированных советских народов. «Снятые» с учёта спецпоселений первыми, немцы так и не приобрели «упразднённую» в 1941 г. государственность, что привело к возникновению немецкого национального движения, и в конечном итоге – к исходу уникального этноса с территории постсоветского пространства. Предметом анализа профессора кафедры политических наук СГУ Н.И. Шестова стало понятие «культ личности». Рассуждения Н.С. Хрущёва на XX съезде КПСС о «культе личности», по его мнению, представляли собой «выворачивание наизнанку прежнего позитивного содержания соответствующего социального мифа». Николай Игоревич полагает, что «Культ личности» стал «одним из маркеров того гражданского и внутриэлитарного конфликта, который легитимировал в массовом сознании мысль о неизбежности гибели советской политической системы».

Достижения и успехи советского кинематографа в середине 1950-х – начале 1960-х гг. были представлены в докладе доцента кафедры «Социально-гуманитарные науки» Вавиловского университета В.А. Гижова. Было подчёркнуто, что несмотря на увеличение количества выпускаемых фильмов, расширение проблематики в киноискусстве, международное признание советского кино, сохранялась и государственная цензура производимой кинопродукции. По мнению доцента кафедры Отечественной истории и историографии А.А. Симонова, «военная реформа Хрущева оказалась амбициозной попыткой адаптировать ВС СССР к реалиям ядерного века и одновременно вписать её в новую политическую реальность, сложившуюся после ХХ съезда КПСС». Анатолий Александрович обратил внимание на существенные недостатки реформы, прежде всего, на «ошибочность доктринальной установки о низкой вероятности локальных войн с констатацией бесперспективности тактического ядерного оружия», что необходимо учитывать и в сегодняшней ситуации в условиях СВО на Украине.

В развернувшейся дискуссии приняли участие также профессор Поволжского института управления имени П.А. Столыпина А.В. Посадский, доцент   кафедры гуманитарных и социальных наук Саратовский военного института войск национальной гвардии РФ Н.В. Трошина, доцент кафедры отечественной истории и историографии СГУ В.В. Хасин.

В заключении заведующий кафедрой отечественной истории и историографии В.Н. Данилов отметил, что в «советской историографии ХХ съезд КПСС оценивался как «выдающее событие», перестройка многократно усилила эту оценку, однако в современном общественно-политическом дискурсе присутствует настоятельная необходимость углубления и продолжения научной дискуссии по ряду аспектов данного феномена советской истории. Профессор А.П. Мякшев поддержал призыв к продолжению научной дискуссии, указав при этом на сохранение своего рода «исторических стереотипов» по отношению к ХХ съезду КПСС, в частности: доклад о «культе личности» был зачитан на так называемом организационном собрании части делегатов на следующий день после закрытия съезда, регистрации участников совещания не было, стенограмма не велась …