Перестрелка идёт отчаянная, а артиллерия всех видов и катюши отбивают дробь, и миномёты. Вообще всё трещит, горит, аж земля дрожит. Самолётов наших много, даже очень много. И каждому отбитому километру бываем рады.

Помню, первое крещение боем я принял на Курской дуге, где пришлось перед предстоящими боями пройти психологическую “обкатку” под гусеницами наших танков, — вспоминает В. И. Голубь. — Мы находились в траншеях, на нас наезжали танки и начинали кружиться на месте. Ощущения были не из приятных, особенно когда края земли у траншей начинали осыпаться. Эта “обкатка” помогла нам достаточно подготовиться морально и достойно встретить врага. Танки немцев мы пропустили, а вот пехоту встретили во всеоружии, заставив их отступить и бежать. Заметив это, немцы стали разворачивать танки и возвращаться. Вот тут‑то мы их и начали подбивать. Так нам удалось продвинуться вперёд на несколько километров, уничтожая живую силу и технику врага.

В декабре этого же года мы вместе с ним были призваны в ряды Красной Армии и попали служить в одну часть, только в разные подразделения. Ваня попал в батарею 76‑миллиметровых пушек. После принятия присяги мы были сразу же направлены на фронт. Участвовали в боях на Северо‑Западном фронте, затем нас перебросили на Центральный фронт, а вскоре мы принимали участие в боях 1‑го Украинского фронта.

В сражении на Курской дуге я был ранен и отправлен в госпиталь. Ваня тоже  был смертельно ранен. Об этом я узнал от его однополчан, которых привезли в наш госпиталь.